Друговраги

Предисловие автора:
Конечно же для нас БК сразу становится миром, полным дружбы, чести, предательства, любви, коварства… Этот список человеческих достоинств и пороков можно продолжать еще долго, но самое главное, что БК для нас второй дом и второй мир. И я пошел не по пути, предложенному организаторами конкурса. Речь пойдет не про «реал». Речь пойдет про мир фентези. Про то, каким я вижу становление БК наших пиксельных героев.
Еще основной целью рассказа является вывод склонностей из игры. Именно им посвящается рассказ. Их значимости.

Создание БК.
Пролог.

Одно из высших существ размышляло. Ему надоело метаться от одной звезды к другой, надоело играть торжеством своего разума, пристало существовать.
Недавно ему повстречалась сущность близкая по взглядам, такая же уставшая от перемещений, время которым – вечность.
Позже они дадут себе имена: «Мироздатель» и «Мусорщик».
Мироздатель представлял собой отчаянное создание. Он хотел создавать и разрушать единолично. Но вопреки своим убеждениям, был вынужден признать идею созданию собственного мира за Мусорщиком. Именно так, потому что идея это поглотило всё время Ангела, которого было более чем предостаточно.
- Иерархия… - Мироздатель усмехнулся и вопросительно посмотрел на зависшего в пространстве «Мусорщика».
- Да, Иерархия. Она должна быть придумана прежде, чем ты соизволишь привести сюда первого, а за ним второго.
- Ощущение моё не обманывает. Считаешь ты, что не смогу я без тебя творить?
- Так и есть, - Мусорщик гнусно расхохотался.

Глава 1.

Мироздатель выбрал ту звезду, что была пригодна для жизни большинству созданий вселенной. И за первые секунды видоизменил ландшафт так, как одному ему было угодно.
Мусорщик взмахнул рукой, и потекли реки брызгающейся, раскаленной лавы. И заложил он там основу, которую назовут городом Демонов.
Заметил Мироздатель, что друговраг его готовит города для своей армии и сотворил небывалый доселе чудесный лес. Здесь он приютил самых прекрасных созданий, а в сердцевине возвел город Ангелов.
Так и продвигались два высших существа от разных краев к середине звезды. Там встретились они, злобно уставились друг на друга и сошлись в ужасном для всей вселенной поединке.
Мироздатель ловко изворачивался и наполненные первобытной злобой кулаки Мусорщика пронзали пустоту. Прошли годы, а точно нанесенного удара так и не было. Планеты дрожали под громом битвы.
Тогда собрался Мусорщик с силами, усмирил ярость, клокочущую в груди, и ударил по сопернику сцепленными кулаками сверху вниз. Но разгадал тактику Мироздатель, извернулся.
И ударил Ангел Тьмы кулаками по земле, да со всей своей мощи. И пошел ландшафт хаотичными трещинами, многочисленными зигзагами, открывая взору Ангелов ужасы недр выбранной ими звезды. Полезли оттуда чудища разные, а за ними их предводитель.
Выползло на свет существо ужасное по внешнему виду, но прекрасное по своему интеллекту. И сказало оно Ангелам:
- Изничтожим мир сотворенный, если не выполните условия мои.
И согласились друговраги и закрепили договор клятвой. И появился третий Ангел, и имя ему было «Падальщик».
Загнал он тогда своих приспешников обратно в недра, да только одну из трещин не сумел закрыть, да встал на защиту, взяв с Ангелов клятву вскоре вернуться и предоставить стража.
Хоть и был Падальщик созданием могучим, да только приказать своим безумным слугам не мог. Вот и остался у Излома Хаоса, отправляя назад в недра всякую тварь, рвущуюся наружу.

***

Вернулись Ангелы туда, где сошлись в злобном поединке. Увидели тот хаос и разруху, что произвели своей свирепостью и решили никогда более не сражаться лично. А решили они биться через подопечных своих, через слуг мелких по своей значимости, но свирепых по своей сущности. Которым придется жить сражениями, а умирая воскресать, дабы не существовало глобального неравенства между тьмой и светом.
И заложили Мироздатель с Мусорщиком в месте своего раздора будущую столицу мира Бойцов.

Глава 2.
Паладин.

Коля уже в который раз сдержался, чтобы не заорать на жену. Вернувшись домой после работы, вновь увидел пустую бутылку водки в углу кухни и пустую душу в глазах любимой. Он быстро снял верхнюю одежду и прошел в зал. Тревожным взглядом осмотрел комнату, но, заметив что-то, вздохнул с облегчением и подошел ближе. На детской кроватке мирно посапывала его дочь – двухлетняя Маша. Его ангелочек. Он осторожно погладил её по голове и сам не заметил, как слезы покатились по лицу.
Все началось незаметно. Сначала по две бутылки пива по выходным. Ничего страшного. Но затем уже четыре бутылки стали появляться по средам, четвергам.
Потом их стало восемь.
Коля винил во всем себя. Всего двадцать один год. Он еще не созрел для взрослой и семейной жизни. Хоть и старался. Пахал на двух работах, но тщетно. Это как из того древнегреческого мифа, когда проклятый муж поднимал в гору камень, а тот вновь оказывался у самого низа.
Через месяц появилась водка. Шло время, он почти накопил деньги на лечение жены, однако этого времени катастрофически не хватало.
Вечер прошел как обычно. Он уложил пьяную жену в кровать, помыл полы. Приготовил для дочери ужин, затем уложил и её. Сел за телевизор, открыл банку газировки и…
- Ты, дешевка! Я прямо сейчас тебе горло перережу! – крик, полный гнева, раздался в коридоре. Коля было соскочил, но внезапно осознал, что ругань прекратилась. Парень он умный, зазря в неприятности не влезет, оставалось лишь просчитать варианты:
Первый – горло уже перерезано, и смысла высовываться прямо сейчас нет.
Второй – «дешевка» еще жива и нуждается в помощи.
Учитывая небольшое количество прошедшего времени, Коля выбрал второй вариант и, захватив кухонный нож, открыл дверь и вышел. Он никогда не был героем, но и в стороне от чужой неприятности не оставался. Он был благороден. Именно поэтому вышел.
У двери в конце коридора сразу увидел безумно напуганную девушку. Напротив неё стоял явного вида уголовник, сжимая в руке нож. Свирепый оскал, холодная ярость. Пара выбитых зубов, остальные пожелтевшие от чифиря и сигарет. Маленький, щупленький и интеллигентный молодой семьянин выглядел перед ним, как кошка перед львом.
- Эй! – Коля окликнул неизвестного, еще точно не зная, что будет делать.
- Тебе чего, шавка? – брызнул слюной зэк, разворачиваясь.
- Мне проблемы не нужны, - Коля нервно сглотнул и сделал шаг назад. «Молодец, брат, больше ничего не мог сказать».
- Да видишь ли, фраерок. Мне боком. Потому что девку-то я прирежу однозначно. А теперь еще и ты выполз, свидетель, ля, - ругался уголовник, подходя ближе.
- Убьешь и меня?
- Да.
За этим словом последовал резкий выпад мастера тюремных поножовщин. Коля просто не успел среагировать. Лезвие вошло ему в живот. Он сполз на пол, прикрывая рваную рану рукой.
И уже сквозь белесую дымку, застилавшую глаза, видел открывающийся рот девушки, но не слышал душераздирающего вопля.
Как глупо…Как быстро…
Внезапно в воздухе образовалось яркое синеватое свечение, и незадачливый защитник возрадовался. «Путь в рай, это он». Жизнь стремительно покидала молодое тело. Но почему зэк щурится и закрывает глаза от света? Как он его видит, если жив? Но дальше мысли закрутились в водовороте то гаснущего, то просветленного сознания.

Глава 3.
Тарман.

Макс лежал на шконке, уставившись в потолок.
Все-таки он прирезал ту дешевку. Изменяла направо и налево, с каждым встречным. Да и тот сосед, которого он зарезал, наверняка тоже залазил к ней под юбку. Черт, зато какие красивые письма строчила, чуть ли не рыдать заставляла. Целых пять лет.
Нет, ну не нужен тебе больше – так ты напиши «так мол и так, нашла другого», а не корми надеждой, не бойся меня. Уголовник судорожно выдохнул. Пять лет он ждал свободы. Чтобы через неделю вновь вернуться.
Зона. Самое паршивое, что могло придумать человечество. Хотя, Максу она – дом родной. До вора в законе еще не дорос, но ранг «положенца» застолбил прочно. Вот и сейчас его без заминок поставили смотрящим на хате.
Макс считал себя дикарем. Ему мечталось родиться в средневековье, грабить взятые приступом города, убивать врагов. Жечь хибары, слышать крики беспомощных женщин, предсмертные стоны слабых воинов.
Тут от мыслей его оторвал тихий, почти неслышный звук. Секунду спустя Макс по кличке «Бешеный» осознал, что кто-то подкрадывается именно к его блатной шконке. На такие вещи у него нюх.
Он не запаниковал – лишь закрыл глаза, подпуская будущий труп ближе.
Теперь Макс отчетливо слышал нервное дыхание «торпеды». И не стал ждать.
Резко вскочил, на ходу сильно пиная по колену, затем со скоростью молнии ударил пятерней в лицо. Зэк выронил заточку и, охнув, сел на пол, держась за разбитый нос. Это не «торпеда» слабая, это просто Бешеный.
Максим схватил незадачливого киллера за шею и прошипел:
- Кто послал, тварь? – Однако увидел на лице недруга не ожидаемый животных страх, а блеклую торжествующую улыбку. Киллер смотрел Максу за спину.
И уже через секунду положенец «Бешеный» почувствовал острие заточки в своей накачанной шее.
«Саперы ошибаются лишь однажды» - пронеслось в голове, а спустя секунду Максим увидел прекрасное огненно-яростное свечение.
Что-то подобное он уже наблюдал. В подъезде.

Глава 4.

- Встань и ко мне иди, человек, - голос звучал тихо, лаская уши слаще голоса любимой женщины.
Коля встал и огляделся. Он находился посреди огромной залы. На стенах висели всевозможные композиции из самых разнообразных доспехов и орудий. Здесь стояли посохи и мечи, кинжалы и топоры. И с интервалом в пять метров на стенах висели факелы, вырывая куски зала из мрака. Коля поежился.
- На меня посмотри, - он поднял голову вверх и увидел прекраснейшее из созданий.
Идеальнейшее из созданий. Глаза цвета неба в тот ранний час, когда покрывало земли первозданно и безоблачно. Они гипнотизировали. Все лицо – словно лучший и неизвестный портрет Да Винчи. Стан – прекрасная работа Церетели.
- Ты паладин мой, сведущий о стремлениях и целях моих. Я Ангел твой. Мироздатель имя мне, - голос… он завораживал и манил. Вымещал из души всё смятение и страх, неуверенность и боль. Чтобы услышать его еще раз хотелось совершать подвиги. И Геракл бы показался неопытным мальчишкой, пред страждущими услышать Ангельскую песнь.
-Да, я понимаю, - чувство отрешенности заполнило сознание Николая. Любимые дочь и жена исчезали в памяти так же, как прибрежный песок, уносимый морскими приливами. Ангел Мироздатель сидел на троне, который, в свою очередь, находился в центре высокой, округленной мраморной лестницы.
- Перед собой лестницу ты видишь. Обязан ты по ней пройти до трона и преклонить колени. Тогда в паладины я обязан посвятить и дать власть света.
- Хорошо, я могу, - Николай уверенно кивнул. Сейчас не существовало забот о семье, не нужно было тащить ящики, готовить ужин. Сделать шаг – это настолько просто.
- Иначе имя твоё звучит теперь. «Селенил». И человеком более не являешься ты. Пора тебе свой первый шаг ступить, на этой знаний лестнице. И с каждым шагом от меня получать ты будешь знания.
- О чем? – Селенил был трезв умом, чист душой. Ни одной коварной мысли. Ангел выбрал того, кого нужно.
- О мире этом.
Селенил вступил на первую ступень.
- Грешен ты, не предотвративший алкоголизм жены. Тебе придется искупать грехи свои здесь, в мире Бойцов и кровопролития.
Будущий паладин лишь кивнул и поднялся выше.
- Вы люди. Планету вашу обнаружили мы поздно. Мы набирали существ сперва других, других миров. И не предвидели последствий. Как результат – неповиновения урок. Стали дикими слуги и посягнули на богов.
- На богов? – Селенил в удивлении поднял брови.
- О, да. Не только Мироздатель существует. Мусорщик – имя второму. Ты познакомишься с несущим волю его. Вскоре.
- Слуги наши восстали против, и вынуждены мы были обнести все города стеной. И завалить камнями. Ступай дальше.
Селенил вновь сделал шаг. Теперь до трона оставалось семь ступеней.
- Мир Бойцов мал и для новых градов нет в нем места. Тогда поднял Мусорщик землю. И возвели мы города на градах, строенья на руинах. И в катакомбах града каждого – чудища, выжившие, и под новые условия подстроившиеся. Но придется жить вам там, над ними. Спустившись вниз, шанс есть найти сокровища невиданные, что создали мы изначально и вынужденно погребли.
- Я понял, - паладин встал на следующую ступень.
- Не ошибся я в тебе. Смышленый ты, человек, - Мироздатель изобразил некое подобие улыбки.
- Вы слабее тварей изначально и намного, но не оставят Ангелы вас с первобытным злом. Волей, данной мне… - Ангел задумался: - кем-то, наделен я даром создавать. Наделен друговраг Мусорщик способностью наделять. Создали мы оружие и доспехи, наделили их мощью и наблюдать за вами будем. Удостовериться желаем, что вы – идеальные создания. Оттопыренные ваши пальцы на руках говорят о том, что выбор правильный мы сделали. Во всей вселенной нет особенности данной.
- Большие пальцы? – Селенил отстраненно посмотрел на руки.
- По мне, они меньше остальных, но раз зовешь ты так их… Ступай далее.
Паладин шагнул.
- Приспешнику Мусорщика и тебе мы даем идеальный дар – памяти сохранность. Попавшие сюда за вами лишаться её, дабы не вносить хаос в противостояние тьмы со светом.
- Мы… игрушки? – последнее слово Селенил прошептал, пораженный.
- Чем быстрее смиришься ты со своей участью, тем легче победить будет. Вернуться назад не суждено вам. Ступай.
Четыре.
- Восславишь свет ты.
Три.
- Отправишься к Излому Хаоса.
Две.
- Встретишь врага своего ты по пути, но другом быть он должен краткий срок. Ступай.
Одна.
- И повстречаешь Шейлу.
Мироздатель резко поднялся и закричал, возвышая над своей головой взявшийся из ниоткуда посох:
- Я наделяю тебя силой света, Селенил! Добудь славу Мироздатель и изничтожь зло!
Сущность Ангела. Именно она сейчас открылась паладину, когда он ослеп. Когда почувствовал жар солнца, когда в беспамятстве рухнул на пол, когда в исступлении шептал слова клятвы, которой даже не знал.

Глава 5.

Макс резко вскочил, рванул в сторону и благополучно врезался лбом в одну из стен пещеры.
- Черт, - выругался уголовник и тут же услышал собственное эхо. «Да, глубокая пещерка». Стоп. Пещерка?
-Эй, мусор, что за шутки?
- Нет тут шуток. Я удивлен твоим знанием части моего имени. Я поражен! – Макс резко обернулся и застыл. На него уставился пятиметровый трехголовый пес. На шее его висел стальной ошейник с бесконечными рядами толстых, острых шипов. Спину создания обжигало пламя, но, казалось, оно не чувствовал этого.
- Я – твой Ангел, Макс.
- Ох ты, едитьская сила! – заорал уголовник, плюхнувшись на пятую точку и стараясь отползти как можно дальше. «Какие там молитвы? Падре наш, еже си на… тьфу». Слова настойчиво не желали попасть на язык.
- Перестань! – пес расхохотался громовым рыком. И Макс замолчал. Он просто не смог издать очередной крик ужаса. Язык распух и онемел. Ощущение, словно ему в рот засунули гвоздей, предварительно смазав маслом. Одно движение – и речевого аппарата как не бывало.
- Едить… как там? – пес развернулся могучим торсом, застыл, а затем принял облик ничем не выдающегося человека. Разве что ошейник остался. И глаза. Лавандовые.
- В общем, эта сила тебе тут никак не поможет. Ты слушаешь? – Глаза цвета лаванды уставили на Макса из темноты угла.
Тому осталось лишь кивнуть.
- Ты попал в мир Бойцов. Ты был воином в той искусственной жизни, я же даю тебе право стать тем, кем всегда хотелось.
Глаза уголовника загорелись.
- Прежде чем продолжим, ты должен смириться с тем, что уже не вернешься в тот мир. Согласен?
- Ха, еще бы, - заявил Макс и злобно ухмыльнулся. Язык пришел в норму.
Резать без последствий – это дело ему по вкусу. Закалка и суровость будней в той, другой жизни, позволили ему моментально войти в новый мир.

***

Поведал Мусорщик Максу обо всем том, что уяснил для себя Селенил. Но было припасено за пазухой Ангела Тьмы больше, нежели было оговорено между Ангелами.
- Макс, - они шли длинными, погруженными во мрак, сырыми коридорами пещеры, - ты должен кое-что знать.
Уголовник остановился и с интересом взглянул в глаза Тьмы.
- Вашей первоначальной целью в мире бойцов, где таковых еще нет, является освобождение Падальщика от ноши. Он сцеплен клятвой стоять на страже Излома Хаоса. Вашей с паладином задачей является привести туда нового хранителя, который обозначит там сторожевой пост. Но знай, монстры из катакомб городов не охраняются. И вам придется встретиться с ними на пути к цели. Храните Шейлу, ибо силы тратить не способна девушка. Они пригодятся ей у Излома.
- Паладин в курсе?
Мусорщик улыбнулся. «Зэк» злорадно расхохотался.
- Теперь ты тарман, - Ангел положил руки на плечи подопечного и, смотря в глаза, тихо добавил: - не подведи.
Они вышли наружу. Тарман с непривычки зажмурился, настолько долго они шли. Настолько глаза привыкли к темноте. К мраку.
- Да, кстати. Тебе необходимо новое имя. Извини, но иметь старое ты не можешь.
- И? – Тарман обернулся.
- Дело в том, что дать его я вроде как обязан, да с фантазией туго. Может быть… - Ангел нахмурился и приложил палец к подбородку. Наконец, его лицо просветлело: - Может Подушка?
Тарман посмотрел на него как на идиота, обдолбанного кокаином. Затем сказал:
- Если я всю жизнь на зоне мечтал о взбитой пуховой подушке, это не значит, что стоит называть меня в честь неё. Чего ты себя Мусорщик назвал? Потому что любишь мусор есть? Не думаю.
- Верно, просто рылся в твоем прошлом. Может… сам придумаешь? – пожал плечами Ангел.
- Бешеный, - коротко кивнул «зэк».
- Хорошо, Бешеный. Силой данной мне, бла-бла-бла, наделяю тебя силой тьмы.
- В этом месте я должен упасть? – улыбнулся Тарман.
- Я ж не Мироздатель.
- Да и на Ангела похож не сильно, - и раздался парный, словно отрепетированный, смех.

Глава 6.
Шейла.

Поднимись, Селенил, воин белый,
Время пустое, пора уж нам в путь.
Облака затуманились дымкою серой,
Падальщик-Ангел посылает вверх жуть.

Паладин попытался встать, но тут же вновь рухнул на землю. Всё тело ныло, словно по нему проехался каток, а он, невезучий, чудом выжил. Тогда Селенил сел и огляделся. Песня в голове оказалась невыдуманной. В свободном платье, держа в руках красивый веер, перед ним стояла милая девушка. Что ж, если он из России, не факт, что эта мадам тоже. Судя по вееру, так вообще из Японии. Следовательно…
- Do you speak English? – с любопытством спросил Селенил. Дама посмотрела на него, словно оценивая цену подобного слабоумного на аукционе. Паладин сделал виноватый вид и тут же исправился:
- Ты кто?
Девушка запела:
Имя моё Шейла, низкий вам поклон,
Когда-то в прошлой жизни мне нанесли урон,
Но ангелы спасли меня от участи кошмарной,
И наделили мощью звезд практически безгранной.
Поведали, что в благодарность я должна,
Освободить созданье, ужасней Люцифера.
И выбора не было, я всё приняла,
Осталась в душе лишь капелька веры.
Со мной отправишься сейчас,
И встретим позже слугу тьмы,
Храни своё вниманье про запас,
И прикрывай всегда тылы.

- М-да, - Селенил цокнул языком, - ты прям как волшебная шляпа Хогвартса. А не загадками ты можешь говорить?
Шейла улыбнулась и замотала головой.
- Я так и думал, - боль к этому времени прошла, и паладин поднялся: - пошли, певица.

***

Бешеный уже несколько часов сидел в засаде. Лес города Ангелов был настолько прекрасен, что тармана постоянно подташнивало. Мусорщик определил маршрут Шейлы и Селенила, так что оставалось лишь ждать. Тарман сцепил руки на затылке и облокотился на ствол дерева. Тень приятно защищала от палящего солнца, и Бешеный сам не заметил, как уснул под веселое щебетание птиц.
Проснулся он внезапно, однако не спешил открывать глаза. В голове отчетливо звучал внутренний голос: «На тебя смотрят, практически в упор. Резко выхвати меч и упокой наглеца». Но тарман выжидал. Тут раздался смутно знакомый голос:
- Ох, итить, - Бешеный открыл глаза. Перед ним стоял тот самый парень, которого он пырнул в подъезде.
- Ты?! – воскликнули они в голос и выхватили мечи.
Шейла рассмеялась, затем пропела:

Два друговрага встретились опять,
Подобно ангелам своим, достали тут мечи,
Но ежели ударите, дорога пойдет… вспять,
Вернетесь с ранами своими в мир, - хоть закричи.
Друговраги теперь вы до тех пор,
Покуда Падальщику не даруете свободу.
А кто нарушит этот чудный договор,
Лишится благосклонности и рода.

- Ага, замечательно, - буркнул Бешеный, прекрасно сознавая правдивость произнесенных Шейлой слов. Затем вложил меч в ножны и, не оглядываясь, зашагал в сторону Излома.
- Эй, - Селенил догнал его, - это я должен тебя ненавидеть, а не ты меня.
- С чего ты взял? – Тарман даже взглядом не наградил светлого.
- Ха! Так ты же меня ножом пырнул! А я-то что сделал?
- Девке моей под юбку залез! – рыкнул Бешеный.
- У тебя паранойя. Маша была честной девушкой и ждала твоего возвращения. Ты, небось, поверил какому-то блатному сокамернику, нежели просто девушку спросить?
- Я… ты… ты не знаешь ничего! – выкрикнул Тарман, но затем уже спокойно добавил: - не поверить авторитетному заключенному – все равно, что прилюдно себя гадом назвать. Я вор, тебе этого не понять.
- Да уж, куда мне обычному «мужику». В любом случае, твои воровские приколы тут не помогут.
- О чем это ты? – насторожился Бешеный.
- Ну, опасных бритв, чтобы засунуть в рот, да выплюнуть врагу в шею, здесь нет и не будет. Нет, если ты конечно, сдюжишь засунуть в рот нож, а того и гляди топор, то тогда конечно… - Селенил расхохотался. Идущая сзади Шейла подхватила.
- Да пошли вы! – надулся тарман и попытался почесать взбунтовавшийся под броней живот.
Увидев покрасневшее от потуги лицо, да и позу «а вдруг дотянусь» паладин и вовсе охрип от смеха.

Но вскоре Шейла напомнила об общей цели, и они пошли дальше. Теперь никто не смеялся. Все отчетливо слышали гневные выкрики Падальщика.

Глава 7.

Излом.

И подвергся теперь уже бывший предводитель ужасов Излома нападению страшной силы. И не стал он сражаться, дабы отомстить за столь длительное своё пребывание у Излома. И полезли из трещины Проклятия Глубин, – твари истинного хаоса. Отбросили Ангела от входа и начали изничтожать землю. И появлялись новые существа, даже Падальщиком невиданные. И властвовала над ними тварь еще более древняя, чем ангелы Падальщик, Мироздатель да Мусорщик. И звало он себя «РОЗ РУШ РЕДАТЛИЛЬ». И вырвалось несчетное количество ужасов да побежало вперед, уничтожая все живое…

***

Ох, предвижу ауру плохого,
Тот Ангел Падальщик, что стражу нес,
Не выдержал он наступления лихого,
Трусливо хвост поджал он, словно пес.

Шейла замолчала.

- Вот черт! – заорал Селенил и уставился вперед.
- Ты что, к её бзикам не привык? – улыбнулся Бешеный, но улыбка сползла с лица, когда он увидел немигающие глаза Паладина и тоже вгляделся вдаль. И выронил меч. Весь горизонт земли заполонила бесконечная армия постоянно движущихся теней. Шейла закричала.
Прошло не более трех часов. Селенил потушил дотлевающий костер и, встав на колени, вознес молитву Мироздателю. В конце он неожиданно для самого себя изучил заклинания, паладину неизвестные. Времени на размышления об этом не было, - земля дрожала. Трещала по швам. Кипела от ужаса.

Слышатся утробные звуки сил Хаоса, их плевки и рычания. Стаи птиц, всполошившись, улетают. Животные дрожат в своих норах, и даже их король, медведь, зажимает уши лапами.
Глаза Бешеного наливаются кровью. Шейла сосредотачивается и достает еще один веер. Неизвестно откуда.
До сражения остаются считанные минуты. Уже можно различить бешеные глаза одних монстров, цифры «01» на других, похожих на роботов.
«И прикрывай всегда тылы» - неожиданно паладин вспомнил слова Шейлы и обернулся. Вовремя.
Сверху надвигалось существо необъятных размеров, с огромным брюхом и без ног. Последний недостаток компенсировался наличием не меньше чем дюжины щупалец, вдвое больше осьминожьих. Все это паладин умудрился разглядеть за те пары секунд, пока тень существа росла.
Он успел оттолкнуть девушку в сторону. Бешеный так просто открыл рот.
- Бейтесь с этими. Здоровую тварь я беру на себя!
- Герой, твою мать! – заорал тарман, но, все же, схватив за руку Шейлу, отбежал подальше и приготовился встречать первую волну.
Наконец тень превратилась в огромный по своим размерам блин, а спустя мгновение тварь предстало пред паладином во всем великолепии. Брюхо чем-то напоминало паучье, с той лишь разницей, что лап не было. Существо ползло, опираясь на шесть щупалец, остальными пыталось достать светлого.
Селенил отрешился от происходящего. Картинка позади монстра померкла. Остались лишь они. Один на один.
- РОЗ, – прошипело существо и в одно мгновение выпустило шесть щупалец. Паладин подпрыгнул. Сделав кувырок в воздухе, он удачно увернулся от пяти, шестое отрубил уже приземляясь рядом с черным, вонючим брюхом. Затем резко взмахнул клинком и два щупальца упали оторванными, извивающимися обрубками.
Селенил мельком глянул в сторону союзников.
Волна поглотила их. Но если бы паладин мог посмотреть на поле боя с высоты птичьего полета, то сразу бы заметил образовавшийся в армии Хаоса затор, который она при всем желании не могла преодолеть. Меч Бешеного танцевал, веера Шейлы пели кровавую песнь. Тарман беспрестанно обходил девушку кругом, два клинка стали продолжениями рук. Они двигались с утроенной скоростью, Шейла видела лишь блики и брызгающую кровь. Уже не меньше сотни раз она была в миллиметре от вражеского когтя или стального кулака, но когда открывала глаза вновь – видела лишь труп противника. И она разозлилась.
Горла монстров резались острыми веерами. Шейла, в своем свободном платье, с ног до головы покрытая вражеской кровью, напоминала богиню войны, спустившуюся с небес на помощь героям.
Но они уставали.

- «РУШ» - услышал паладин и обернулся. И в ужасе наблюдал, как одно за другим вырастают новые щупальца.
- Ты, Змей Горыныч, твою мать! Что тебе, еще хочется, да? – ярость ослепила Селенила. Он вовремя блокировал рывки монстра и, эффектно подпрыгнув в воздухе, всадил меч аккурат посередине тухлого брюха. Брызнула зеленая жижа. Затем светлый ухватился за рукоять и, не вынимая клинка, оббежал тварь тьмы полным кругом. Создание верещало, извивалось, но поймать ловкого паладина конечностями так и не смогло. Селенил улыбнулся и вынул лезвие. Он победил. И обернулся навстречу новым опасностям, но…
«РЕДАТЛИЛЬ» - взревел монстр. Резко схватив паладина, он поднял его в воздух, прямо к своему зловонному, слюнявому, наполненному бесконечными рядами зубов рту и собрался откусить голову.

***

Бешеный был изранен. Шейла тяжело дышала. Но и монстров стало значительно меньше. Не больше сотни. Добрый, веселый зеленый цвет травы перестал быть виден. Он был покрыт бурлящей кровью всевозможных оттенков.
Девушка оглянулась, всей душой переживая за паладина. Она увидела, как Селенил победно улыбнулся. Видела, как щупальца скрутили его по рукам и ногам.
- Тарман! – закричала она.
- Чего тебе, рифмоплетка? – задорно выкрикнул Бешеный, срубая голову очередному Проклятию Глубин.
- Смотри!
- Если ты не заметила, я тут чуть-чуть занят!
- Свои шуточки дурацкие ты брось!
Посмотри на паладина хоть вскользь!

Бешеный оглянулся…и увидел. Казалось, он ненавидел этого воина в блестящих доспехах. Но в душе что-то предательски шевельнулось. Что-то заставило его выкрикнуть:
- Нет! – темный рубанул по последнему монстру и побежал к другу.

***

Селенил задыхался. В глазах появились первые признаки удушья – красные пятна. Он сумел обезопасить себя от участи быть съеденным. Из последних сил вставил меч поперек пасти и «РОЗ РУШ» просто не смог его вытащить. При всей своей могучей силе он оставался не более чем насекомым.
Храни своё вниманье про запас.
Внезапно на ум пришло заклятие, возданное Мироздателем за молитву.
- Депрекур альма сверда! – прохрипел паладин. И почувствовал себя легко. Настолько легко, что щупальца показались ему тряпичной тканью, а монстр – страшной пластмассовой игрушкой. Селенил легко раздвинул руки, схватил две первые попавшиеся конечности и замотал узлом. Затем спрыгнул на землю и увидел друзей.
- Эй! – заорал Бешеный, выхватывая мечи из ножен.
- Почему так долго? – улыбнулся Селенил, в очередной раз упражняясь в искусстве узловязания.
- Думал сдохнешь, да ты вон какой живучий, - тарман улыбнулся.
- РОЗ РУШ РЕДАТЛИЛЬ! – прогремело откуда-то сверху и конечности зверя распутались. Сам он воздался в размерах, выросла еще одна пара щупалец с присосками. Они были больше остальных в два раза.
И пропела тогда Шейла:
Под черным красное,
Под большим маленькое,
То место для него опасное,
Стоит кольнуть удАленько.

- Что? – Бешеный вылупился на девушку. Она лишь заплакала и ударила себя по губам. И только сейчас тарман осознал, что ангелы прокляли её. Прокляли её речь и заставили говорить стихами. Мироздатель был ни кем иным, как обычным дешевым пижоном.
- Я понял! – крикнул паладин, - за мной, быстро! – Бешеный рванул. Селенил в невероятно высоком прыжке увернулся от щупалец и нырнул под брюхо монстра. Темный остановился. Так прошло несколько секунд. В абсолютном недоумении насекомого и матерого хищника лагерей.
Затем брюхо создания вздрогнуло, забурлило и, словно желе, начало волнообразно раскатываться. Словно муравей пытается поднять огромный для своих размеров блин. Но вопреки всем законам физики и природы Селенил умудрился сдюжить. Брюхо «РОЗ РУША» оторвалось от земли. Пасть его издавала бешеные, высокочастотные крики. Когда тарман подскочил к паладину, из ушей и носа вовсю текла кровь.
- Пятно! – крикнул Селенил, сгибаясь под тяжесть монстра. Колени дрожали.
- Быстрее! Заклинание скоро иссякнет. Этот урод просто раздавит нас.
Бешеный посмотрел на брюхо. Между руками паладина, аккурат над его головой, находилось маленькое, не больше пятикопеечной монеты, красное пятно. Тарман всадил меч прямо в него.
Земля содрогнулась. «РОЗ РУШ» вскинул пасть к небу и дико закричал, словно моля своих богов о прощении. Он не справился. Не разрушил мир. Затем тело монстра лопнуло, обдав героев липкой, вонючей жижей.
- Негигиенично взрываться рядом с людьми! – выкрикнул Бешеный и сплюнул, на ходу вытирая глаза.
- Рано радуетесь вы, спасители,
Ибо время второй волны пришло.
Излом богат поработителями,
Нас зло великое нашло.

- Ну, нет! Я на это не согласен, - покачал головой тарман.
- А у нас есть выбор? – грустно усмехнулся Селенил и, всадив меч острием в землю, сев на ближайший камень, смотрел на приближающуюся волну.

Глава 8.

Сошли девушка и враги, ставшие лучшими друзьями, в неравной схватке с войском истинного Хаоса. И бились год, поддерживаемые Ангелами своими. Рубили мечи нещадно. А песни уничтожали рассудок тварей сих.
Но три героя не сумели выстоять чуть дольше. Они иссякли и желали передохнуть. Тогда спустились на землю Мироздатель, да Мусорщик, задержали волны тварей. И убежали тогда Шейла, Селенил и Бешеный к источнику заразы, дабы возвести форт и спросить с Падальщика справедливое возмездие за предательство.

***

- Вот он, я вижу! – выкрикнул Селенил на бегу. Они приближались к Излома.
- Падальщик-Ангел не виноват,
Есть в этом мире прекрасное созданье,
И, верьте мне, оно не враг,
Для всех миров оно – вершина мирозданья.

- Все, стоп! – сказал паладин и уселся на ближайший камень.
- Шейла! Сколько можно, - возмутился тарман, - еще пара таких загадок и я тебя разруб… разлюблю, - он улыбнулся.
Девушка же ответила:
Вещаю вам в последний раз,
Мне тут остаться надобно,
Когда придет тот долгожданный час,
Вы все поймете сами.
Мне суждено создать здесь пост,
Дабы держать Излом во страже.
Падальщик-Ангел службу тут нес,
Но оставаться тут – ему негоже.
Негоже для создателя, своего отца,
Что весел каждый день,
Является тот редко, ходит без лица,
Рассердится – и превратит вас в тень.
Мироздатель – сын его,
Я же – его дочь.
Мусорщик боится одного…
Его прихода в ночь.

- Что ж, - Селенил встал, - значит, здесь наши пути расходятся?
Шейла грустно вздохнула и пожала плечами, словно показывая, что ничего не может сделать. Друзья подошли к ней и по очереди обняли девушку.

***

Падальщик подготовился к сражению со слугами предавших его собратьев. «Мироздатель и Мусорщик – отребья», - так думал Ангел, принимая облик высокого исполина. В руках он сжимал молнии и готовился изничтожить дерзких клопов.

***

- Селенил, теперь я понимаю, - задумчиво сказал Бешеный.
- Что? – они шли по бескрайней равнине, под палящим солнцем.
- Мусорщик проверял меня, он хотел знать, доверю ли я тебе моё знание.
- Какое? – паладин отпил из фляги, которой Шейла, наряду с другими продуктами, снабдила героев.
- Нам могут повстречаться враги из катакомб городов. Катакомбы не охраняются. Просто знай, что на нас могут напасть. Хотя уже вряд ли. Видимо просто не встретили монстров.
- И в чем проверка? – ухмыльнулся Селенил.
- В том, доверюсь ли я тебе. Являюсь ли я тебе другом, наряду с нашим противостоянием. Я решил, что являюсь. И плевать мне на мнение Мусорщика.
Светлый остановился и вгляделся в глаза Бешеного:
- Знаешь, когда всё это закончится, я никогда не подниму на тебя меч.
- Клянусь, - поддержал его тарман.

Прошел месяц, прежде чем измученные выпавшими на их долю событиями путники достигли огромного золотистого поля, в центре которого, как бельмо на глазу, стоял тридцатиметровый титан.
- Они что, в нормально виде не бьются совсем? Обязательно нужно во что-нибудь эдакое обернуться? – удивился Бешеный.
- Ты тоже людей не кулаками резал, - подколол паладин.
- Послушай, мы уже не в том мире! Да, я зло. Да, ты добро. Но так уж сложилось, что ты стал другом мне, а я – тебе. Мы друзья и мы враги. Так что заткнись и пошли валить титана.
- Ну да. Это же так просто, - буркнул Селенил, но за тарманом пошел. Одна голова хорошо, а две…

***

Падальщик со смехом наблюдал за клопом, вышедшем к нему. Тот сказал:
- Моё имя Селенил, трусливое ты отродье, как смеешь ты пользоваться преимуществом перед героем Света! Прими наш облик и сразись достойно, - человечек грозно помахал кулачком.
Ангел расхохотался и прогремел:
-Мне плевать на честь, совесть и благородство. Позабавь меня речами, второй клоп.

Паладин был в ярости. Еще бы – его обсмеяли. И кто – трус, из-за которого они так долго сдерживали волны Хаоса. Он, было, ринулся в атаку, но Бешеный остановил друга. А затем тоже вышел вперед:
- Слышь ты, лох перевальный, да плевали мы на тебя с тридцатого этажа. Если ты ссышь, фраер, то так и скажи, а не бзди. Да завали ты нас хоть сейчас, но авторитетные… создания будут знать, что ты фуфло и гад. А фуфло и гада радость в мир иной отправить. Уяснил, щебень плешивая?
Глаза паладин округлились, - Падальщик начал уменьшаться в размерах. Несколько секунд, и перед друзьями предстал обычный, невзрачный человечишка.
- Как смеешь ты говорить слова, мне неведомые, тарман!
Бешеный рассмеялся, его смех подхватил светлый. Глаза Ангела наполнились кровью и злобой.
- А ты говорил, что зона мне не поможет, - зло усмехнулся Бешеный и выхватил меч из ножен. Но усмешку с лица тармана стерла молния, выпущенная Падальщиком. Она попала точно в грудь и растворилась. Герой упал.
- Сука! – заорал Селенил и пустил меч в Ангела, на ходу поднимая оружие Бешеного. Его на данный момент лучшего друга, того, с которым он прошел огонь и воду, за секунду отправили на тот свет.
Внезапно все остановилось. Сломавшаяся от порыва ветра ветка замерла в воздухе. Падальщик застыл, его рука была поднята вверх с намерением швырнуть в паладина вторую молнию. Искры от этой молнии тоже застыли. Летящий меч завис. Стих ветер. Пчела, взлетевшая с цветка, замерла перед ошеломленным лицом Селенила. Он подтолкнул её пальцем и она, словно обидевшись, зажужжала, но с места не сдвинулась.
Грянул гром. Молния ударила совсем рядом с друзьями и обратилась созданием, на лице которого находилась маска, чем-то напоминающая клоуна с того, другого мира. Существо рассмеялось.
- Кто ты? – устало спросил светлый, уже абсолютно ничему не удивляясь.
- Пересмешник, - ответило оно и расхохоталось одному ему ведомой причине.

Глава 9.

И явилось существо великое, родоначальник Ангелов, и дало себе имя «Пересмешник». И излечило раненного тармана.
Собрало оно всех у Излома Хаоса, где проклятая говорить сладкими речами Шейла закончила создание сторожевого форта. И Мироздатель, Падальщик да Мусорщик склонили колени, пригнули провинившиеся головы. И только молодой отец и безжалостный убийца гордо стояли во весь свой могучий рост.
Выставил Пересмешник вперед кулак, отделилась из него сила великая и упокоила Мусорщика навеки. Сказало тогда существо:
- Сын мой Мироздатель, прогневал ты меня, оскорбил. Кто дал тебе право творить свой мир? Без моего ведома?
- Отец, - взмолился тогда Ангел, - Мусорщик затмил разум.
- Ведомо сие мне, потому и изничтожил его. Сил моих не хватит остановить последствия. И должен я остаться править тут. И создать мир, который вы, юнцы, чуть не разрушили.
- Да, отец, - отвечал Мироздатель.
Обернулся затем Пересмешник к Падальщику и, смеясь, обратил последнего в глупого быка.
- Шейла, дочь моя, я снимаю с тебя проклятие брата и прошу отвести это глупое животное на растерзание собственным слугам.
Девушка молча кивнула и удалилась, хлеща железным веером Ангела по заду.

Прошел век. Превратил Пересмешник мир сей в прекраснейший из существующих. Создал портал он в бывшем мире Селенила и Бешеного. Назвали глупые люди то место «Бермудский треугольник». Ибо каждый побывавший там пропадал навечно. И плыли люди к тому месту ежечасно, так как портал манил. И теряли память и становились все бойцами. Но плыли маленькими группами, дабы не вызвать подозрения у власти своего мира.
Создал Пересмешник тогда три града. Первый назвал городом нижним, ибо находился тот в самом низу звезды. Последующий – городом Мечтаний, ибо попадали туда только те, кто в прошлой жизни желал стать воителем или магом. Третий град он назвал старым. Ибо возвел он град сей из руин, бывших тут еще до прихода Мироздателя. И встречали бойцов в этих городах тарман и паладин, вовлекая в свою веру. Даровал друговрагам Пересмешник бессмертие для цели этой.
Как упрочился мир и заселен был, призвал создатель сына Мироздателя и двух старейших в этом мире людей.
И сказал Пересмешник:
- Мироздатель, ты не искупил вины своей, и участь ждет тебя ужасная. В каждом граде создал я башню без входа и выхода. И сущность разделю твою на столько же частей. И будешь созерцать ты каждое лицо, что к башне обращено, но не видать тебе свободы, что так близко.
- Нет, - крикнул тогда Селенил, - но почему ты сразу этого не сделал?
- Брось! – вторил паладину Бешеный, - я понимаю, ты подарил ему век жизни, но чем был удостоен Мусорщик такой участи? Ведь ты получаешь удовольствие от правления этим миром. Как мог ты убить моего наставника?
- Почему же вы спрашиваете об этом только сейчас? – расхохотался Ангел и, как и сказал, уничтожил сына.

Эпилог.

Не согласились тарман и паладин с Ангелом, послали его к матери рогатого лихого монстра и ушли, не оглядываясь. И что бы ни делал, не мог Пересмешник отыскать их, ибо заклятие не одно Селенилу передал Мироздатель. И только сейчас начал светлый вспоминать обрывки заклинаний. Одно из них – заклятие необнаружения, он вспомнил почти сразу.
Разозлился Пересмешник и бросил вечное неразрушимое тело Мусорщика туда, где и убил – недалеко от Излома Хаоса. И написал магией на земле: «Пусть для других Ангелов, а так же, для повелителей их воли, это будет уроком. Пересмешник зол».
А Селенил и Бешеный шли по жизни бок о бок, два друговрага, и желание отомстить деспотии Пересмешника переполняло их. В этом было их единство. Тьмы и света.
И когда услышали легендарные воины, слухи о которых ходили по всей земле, о теле Мусорщика, то решили свергнуть Ангела.

Но это уже другая история.

Послесловие автора:

Естественно, все события выдуманы. Автор попытался связать как можно больше важнейших моментов Бойцовского Клуба вместе. Чуть истории (например, создание города Ангелов и Демонов – они и правда были созданы первыми после столицы).

РОЗ РУШ РЕДАТЛИЛЬ – попробуйте отгадать, какое имя Ангела скрывается под ним. Впрочем, это не должно быть трудно.

Название друговраги – система взаимоотношений в Бойцовском Клубе. Когда свет и тьма враждуют, но зачастую их пути пересекаются. Например, когда появляется общий враг. Автор хотел упомянуть это создание, но не решился, т.к. сам еще мало разбирается в истории многогранной вселенной Клуба.

Спасибо за внимание и пусть победит сильнейший.

Комментарии

Moon Fan аватар

По-моему, у Вас горячка.
1. Персонаж Директор морей не является членом жюри конкурса и никакого участия в оценивании конкурса не принимал.
2. Не Вам судить, какое решение должны принимать члены жюри.
3. Судя по Вашей реакции, члены жюри были правы, что не заметили Вашего рассказа, хотя лично я был ранее за него. Теперь вижу, что Вы не достойны быть отмеченным.

В единстве наша сила!

Писатель аватар

Идея не украдена. Она моя.

Объем - 1 а.л, 1/14 от книги всего лишь. Тренируйтесь в чтении.

Тяжело читается? Извините, на вкус и цвет. Легендарный слог и причудная перестановка слов в некоторых предложениях и фразах использованы лишь под конкретно этот рассказ.

Dark Pulsar аватар

Хм...,нашлись знатоки))),вау)
Только у меня такое ощущение,что вы испугались сильной работы?!)))
Конечно...,я-б только в отместку мог написать чё-нить негативное),его комменты ко всем рассказам были не самыми милыми,и бывало только по его личным притязаниям)
Но я как бы за честное состязание)
Так что смотрю..,не по сабжу всё это)
А в тюрмах поножовщин хоть отбавляй))),бритва есть,расковырял...,и реж себе...xD

Ледяная печаль аватар

Только у меня такое ощущение,что вы испугались сильной работы?!)))

Человек разбирал все остальные тексты, посчитала, что для него будет полезным услышать разбор своего. Или вы считаете мой комментарий неоправданным?

Не нужной резанины в терьмах среди воров нет, или вы на самом деле думаете, что они режутся на лево и на право?

Писатель аватар

да перестаньте, что за ругань-то, это же конкурс. Не нужно так рьяно защищать своё и опускать другое. Все равно решать не вам.

Я конструктивную критику, кстати, еще ни на один рассказ не выдал. Только там, где есть абсолютный бред - так и написал.

Кстати, насчет резни воров...
У меня таксист знакомый, постоянно возит, сидел три раза. Рассказывал как один законник другого из-за карт зарезал. Это что, серьезный повод?

Так что режутся воры, только в путь. Почитайте Колычева, у него про это много. Прежде чем писать подобное, я отталкивался от его идей. Точнее от его текстов. Мне кажется, что в его текстах есть смысл. В общем, перестаньте судачить. Общего впечатления в комментарии больше чем достаточно.

Ледяная печаль аватар

мир вам, люди =)

Dark Pulsar аватар


Замётано=)
Пис ор пис)))

Ледяная печаль аватар

Не стоит выдумывать мои слова за меня
Несостыковки:
В большинстве своем от ножей рана колото-резаная
Паладин забывает жену и дочь, при это успешно помнит, что он из России
Коридор меняется на подьезд в следующей главе
Если раньше Макс отсидел 5 лет за кражу, так как он вор, о чем и говорит позже, то сидел он наверняка в ИК общего режима, а последний раз оказался в тюрьме за два убийства, в таком случае, учитывая тяжесть преступления и прошлые судимости, попадает в ИК строго режима. Так что авторитет и ранг из бывшего места лишения свободы он сохранить никак не мог.
В целом весь "блатной" жаргон слишком наивен, если бы Макс хоть раз сказал "Да я ни разу мыло упавшее в туалете не поднял!" было бы видно, что автор хоть немного об этом имеет представление, а не насмотрелся фильмов.
мастер тюремных поножовщин - чем?) заточенными ложками?
Я описала то, что мною запомнилось, и не думаю, что на этом все несостыковки заканчиваются.
Все, конечно, относительно, и видно, что автор старался

Писатель аватар

В большинстве своем от ножей рана колото-резаная

Паладин забывает жену и дочь, при это успешно помнит, что он из России

Он и не забывал. Просто нет времени об этом думать, так как он ясно уясняет для себя одно - назад дороги нет. А если и есть - то только трупом, о чем поёт Шейла.

Коридор меняется на подьезд в следующей главе

Подъездный коридор и подъезд. Нет никакой разницы.

Если раньше Макс отсидел 5 лет за кражу, так как он вор, о чем и говорит позже, то сидел он наверняка в ИК общего режима, а последний раз оказался в тюрьме за два убийства, в таком случае, учитывая тяжесть преступления и прошлые судимости, попадает в ИК строго режима. Так что авторитет и ранг из бывшего места лишения свободы он сохранить никак не мог.

Авторитет и ранг заключенного сохраняется в разных тюрьмах. Для этого существуют так называемые "малявы". Авторитет (если не накосячил) сохраняется всегда.

В целом весь "блатной" жаргон слишком наивен, если бы Макс хоть раз сказал "Да я ни разу мыло упавшее в туалете не поднял!" было бы видно, что автор хоть немного об этом имеет представление, а не насмотрелся фильмов.

Блатной жаргон сделан под ситуацию. Я правда в нём не силен, но думаю, что это простительно.

мастер тюремных поножовщин - чем?) заточенными ложками?

Заточками. Поножовщина - слово в данном случае образное.

Я описала то, что мною запомнилось, и не думаю, что на этом все несостыковки заканчиваются.

Может быть.

В любом случае, спасибо за развернутый комментарий и за разбор. Кстати, а почему вы другие тексты так не разбираете? Чем именно я удосужился такого разбора?

Зайдите к gremlinu, который говорит, что мой текст бред и я его стырил(((

Ледяная печаль аватар

на счет несостыковок, вы меня все равно не убедили, но далее разговаривать по этому поводу нету смысла, каждый останется при своем мнении
Почему другие не разбираю?) Потому что ваш текст имеет связанный смысл, который хоть стоит разобрать

Ледяная печаль аватар

Местами понравилось, местами нет.
Некоторые несостыковки режут глаза, да и юмор в рассказе не по мне
Но работа сильнее многих

gremlen аватар

мне кажется бред это у тебя....
во-первых,много,но не по существу,да и вообще наверно стыренная идея,а не своя личная...ъ
во-вторых,я хоть и написал бред,но я написал свое и ничего не брал чужого

Мэвис Клер аватар

Довольно интересно,но немного тяжеловато написано... идея неплохая. Мне понравилось.

Ольгерт аватар

Обьемно, или как говорят: "Многа букаф!", но я осилил. И что хочу сказать лучше многих, но меня очень огорчило изложение.
Сразу хочу оговориться: речь идет не о литературности, а о моих личных предпочтениях.

Писатель аватар

Ну, стоило бы тогда озвучить ваши личные предпочтения. Раз уж затронули изложение, к которому автор относится очень трепетно и которое два дня вычитывал вслух)

Вы про легендарный слоГ? Так он мало где встречается, только там, где нужно затронуть большой промежуток времени. Речь Мироздателя? Дак вроде Ангел, на бзики право имеет. Или проклятие Шейлы? Ну тогда я вообще не понял.

В общем, поясните.

Мэвис Клер аватар

Кстати насчет изложения, к которому автор относится очень трепетно и которое 2 дня вычитывал вслух.... Мне кажется, что нужно в первую очередь писать так, как "рука идет", а не акцентировать на этом череcчур лишнее внимание. Слишком заумный текст покажется просто нудной книгой, которую скучно читать. Ведь у каждого человека это ощущение присуствовало, когда, да, язык хорош, но до жути пафосно и скучно.
Писатель, ты написал хорошо, красиво, но местами слишком пафосно. Идея хорошая, ты молодец, что стараешься.
Твоя критика пошла мне на пользу, я свой рассказ немного переделаю, но уже в скролле, так, что заходи)
Надеюсь, что и моя пойдет тебе на пользу. И, желаю удачи)С уважением, Мэвис Клер

Писатель аватар

Мэвис, спасибо. Но вычитку текста нужно делать обязательно, потому что проскальзывают неправильные буквы, частые повторы и т.д. Вычитка нужна обязательно. Попробуйте вслух прочесть свой текст и вы сами всё поймете.

А то, что пафосно - нисколько. Это становление мира, это борьба высших созданий. Всегда так было, всегда так будет.

Мэвис Клер аватар

обменялись мнениями)